ЗАПИСКИ О ХУДОЖНИКАХ

Ройтер Липа Герш-Лейбович (1910-1994) — советский художник график. Брат Михаила Ройтера.

                                                                                                                         Ученица.

Ройтер Михаил Григорьевич (1916-1993) — советский художник-график, иллюстрировал книги, особенно Достоевского.

Натюрморт.

Разминка.

О Михаиле Семеновиче Родионове

Из воспоминаний

Я должен сказать, что он был подлинный художник, который войдет в историю нашего советского искусства и как художник, и как учитель <…> Он был настоящий человек с чувством и любовью, очень живой, с кровью в жилах, как сказано у Тютчева.

С.В.Герасимов

Я знал М.С.Родионова в течение двадцати двух его последних лет и хочу о нем рассказать.

Впервые я увидел его в 1934 году, будучи студентом художественного вуза, где он преподавал, и затем общался с ним всю его последующую жизнь, вплоть до его кончины
в 1956 году.

Говорить об искусстве Родионова трудно. Ведь когда мы говорим об искусстве одного художника — это связано также с разговором об искусстве вообще.

Сам же Михаил Семенович не любил пространных рассуждений об искусстве. Он иронизировал: «Искусство тем и ядовито, что о нем очень много можно наговорить».

Когда приходилось, об искусстве он говорил, но всегда очень сдержанно, скупо и просто. Пожалуй, я не смогу сейчас назвать другого художника, который мог бы формулировать свои мысли об искусстве так просто, ясно и читать полностью »

Здесь приведена статья Ларисы Константиновны Алексеевой, заведующей отделом истории литературы ХХ века ГМИРЛИ имени В.И. Даля «Неизвестный мастер ХХ века (временный памятник Юрию Рожкову) // Литературная учеба. 1990. N 5. С. 178-185.

Эта статья также вошла в сборник Л.К. Алексеевой, который называется «Игра пера и кисти, или Рождение жанра» (Москва, «ЛУч», 2014). В указанной книге: С. 238-244

Материалы, представленные в статье хранятся в ГМИРЛИ имени В.И. Даля.

На своей выставке-отчете «20 лет работы», наглядно и ярко во всем многообразии строго отобранных материалов отражавшей «воловий» труд поэта, Маяковский представлял коллажи-иллюстрации 1924 года к поэме «Рабочим Курска, добывшим первую руду, временный памятник работы Владимира Маяковского». В каталоге отметил: «Временный памятник (монтажи Рожкова. Оригинал. Ждет печати)».

Когда к 80-летию поэта эта выставка, переданная им в Литературный музей, была восстановлена, а затем побывала во многих городах и странах мира, рожковские коллажи стали своего рода классикой — самобытным воплощением утверждаемой Маяковский «новизны материала и приема», эффектным примером авангардного искусства революционных лет. В 1971 году на выставке в Лондоне «Искусство революции» экспонировалось 25-метровое панно из крупно воспроизведенных коллажей Рожкова, выполненное немецким художником Лютцем Беккером. который затем сделал документальный фильм на ту же тему с использованием оригиналов. Впервые их издание — роскошное факсимиле, сопровожденное «синхронным» переводом на немецкий язык и аппликатурой текста самой поэмы, почти полностью включенного в шестнадцать монтажей,—осуществлено в Дюссельдорфе в 1980 году.

У нас эти иллюстрации тоже хорошо известны исследователям творчества В. В. Маяковского. Подробно о них писала А. П. Ефимова, подчеркивая своеобразие и оригинальность опыта Рожкова в передаче структуры стиха «как бы по первому впечатлению»: «Он словно включает нас в то время, когда была написана поэма, когда она звучала в исполнении самого Маяковского».  читать полностью »

Родченко Александр Михайлович (1891—1956) — советский дизайнер, график, мастер фотоискусства, художник театра и кино. Член объединения «ЛЕФ», представитель конструктивизма и
производственного искусства, оформитель книги, один из
зачинателей советской рекламы, фотомонтажа.

«Он родился над сценой» — так начиналась автобиография А. Родченко «Черное и белое», нанисанная им в 1939 году. В этой поэтической сказке три героя: «Он» — мальчик, мечтающий о фантастическом; черная пропасть зрительного зала — публика и, наконец, искусство, мечты, фантазии.

«Каждый творческий путь нужно рассматривать как совокупность впечатлений детства, юности, среды и юношеских иллюзий»,— писал Родченко в неопубликованных набросках к автобиографии.

«Театр и его жизнь, главным образом сцена, и за кулисами
мне казались не театральными. Эта жизнь была для меня подлинной и реальной. По ту сторону занавеса театра — зал, улицы, дома, город были странными — и удивительными, и непонятными. Бутафория отца, декорации и актеры, которых я знал, были близки и реальны…

Я мечтал о чем-то особенном и неизвестном. Это неизвестное сложилось, и я сделался крайне левым художником абстрактной живописи, где композиционные, фактурные и цветовые задачи уничтожили всякий предмет и изобразительность.

В 1916 году я участвовал на футуристической выставке, называвшейся «Магазин». В это время я ходил зимой и летом в ободранном осеннем пальто и кепке.

Я голодал, но я презирал буржуазию. Мы не на вкус буржуазии работали. Мы возмущали их вкусы. Нас не понимали и не покупали. Я чувствовал свою силу в ненависти к существующему и полную правоту нового искусства.

Мы были изобретателями и переделывали мир по-своему. читать полностью »

Однажды на выставке к автору этих строк подошла женщина и спросила: «А где принимают картины на выставку7» — «Самодеятельного художника?» — «Нет не самодеятельного, а хорошего художника.»

Село.

К сожалению это типичный диалог. Не секрет, что очень часто слово «самодеятельный» понимается как синоним «плохого», «неумелого». А ведь слово это хорошее и по корню своему «самим делать», и по истории происхождения. Оно широко вошло в обиход после Великой Октябрьской социалистической революции. Тогда одним из лозунгов дня было единство профессионального и самодеятельного искусства. Самодеятельностью занимались рабочие, красноармейцы, сельские активисты. С актерами-любителями работали лучшие режиссеры, клубы, где должна была развиваться самодеятельность, проектировали лучшие архитекторы.

Называть себя профессиональным художником — вот к чему нужно стремиться, считают многие любители. Престиж людей искусства в обществе читать полностью »

Рождественский Василий Васильевич (1884-1963) — русский советский художник.

Северная деревня.   1932 год.

Рождествин Михаил Николаевич (1954) — советский российский художник-плакатист. Окончил Суриковский институт.

Тот, кому доводилось бывать на Калининском проспекте Москвы, наверняка захаживал в кафе «Ивушка», подымался на второй этаж. Зал невелик, но опрятен и обставлен приятной мебелью. Но самое выдающееся в его оформлении — два удивительных натюрморта. Висят они на противоположных стенах справа от входа. Я, собственно, сперва увидел тот, на котором изображены овощи. Изображены так, как представляются, допустим, вегетарианцу, приговоренному к пожизненному мясоедению. Вот, обратите внимание, тугобокий арбуз — того сорта, что искрится инеем по кровавой мякоти, вот лук-порей. сочащийся хлорофиллом, вот веточки укропа, желаннее почетной Пальмовой Ветви. Вам хочется редиски? Извольте, вот вам редиска, не какая-нибудь пустотелая древесина, а доподлинный корнеплод, напруженный спелыми земными соками. Вот вилок белокочанной капусты, предмет особенного исступления все того же вегетарианца, вот… Но довольно, этак недалеко до голодного обморока. Обернитесь! То. что возложено на этот старинный столик (натюрморт второй), предназначено для неспешного поедания, это, знаете ли, десерт. Фрукты. Получайте, пожалуйста, глюкозу из «дамских пальчиков», услаждайте нёбо ягодами клубники и земляники. Художник щедр, такая или, возможно другая задача была поставлена перед ним заказчиком. Во всяком случае, это заказчик получил сторицей. Но совершенно не ожидал, что в придачу получит еще нечто. Нечто, возвысившее натюрморты до самоценно-художественных полотен. Эти самые столики (один с развалом овощей, другой— фруктов), тщательно выписанные художником, как бы парят над двумя уголками старой Москвы, с ее характерной, исконной архитектурой. Купола церковок, белокаменные фасады и зеленые крыши… А вот это с лепным портиком зданьице попало сюда из несуществующего уже квартала Арбата. И заметьте: картины висят в помещении. расположенном именно на месте несуществующего уже квартала Арбата! Висят как предание, как память о том, что было до нашего варварского нашествия. В этих двух полотнах — горечь автора, незримо присутствующего в кафе на ежедневном беспечном празднике…

Провинция.    1988 год.

В общем, аппетит у меня пропал. Я встал, подошел поближе к одной картине, к другой… Под обеими стояла подпись: «В. Рожнев, 1985».

Вторая встреча с работами художника произошла у меня читать полностью »

Александр Алексен Рожников, как и многие по-настоящему талантливые люди, человек многогранный. За что ни берётся, делает всё профессионально и достигает успеха. Но прежде всего Александр Александрович — известный и титулованный скульптор, чьи работы украшают улицы Москвы и Подмосковья. Памятник П.И. Чайковскому в Клину, Блоку и Менделеевой в подмосковном Тараканове, Екатерине II в Подольске, святым равноапостольным Кириллу и Мефодию в Коломне и даже инспектору ДПС в Москве -вот неполный перечень творческих работ скульптора Рожникова. На днях заслуженному художнику Российской Федерации Александру Рожникову исполнилось пятьдесят лет.

— Александр Александрович, существует ли творческий возраст художника или удел творца — вечный поиск совершенства?

— Творческое совершенствование — процесс бесконечный, настоящий художник всегда в поиске. Мои учителя, многим из которых восемьдесят и более лет, говорят так: чем старше художник, чем больше его опыт, тем острее ощущает он свою малость, почти ничтожность перед человечеством, которое создало культуру. Оставить след, Даже еле заметный, — уже великое достижение, огромная честь.

— Что-то изменилось в ощущении себя, жизни, творчества?

— Появилось какое-то тревожное ощущение: хочется создать что-то более яркое, приближённое к шедеврам титанов Возрождения — Микеланджело, Бернини. Когда бываю в Италии, в Ватикане, каждый раз поражаюсь их творческой и инженерной мысли, гениальности работ!

— Вы удовлетворены тем, что уже сделано?

— На сегодняшний день за моими плечами девять читать полностью »