Казенин Леонид

Новая выставка из многолетнего цикла «Незабытые имена» галереи «Ковчег» на этот раз представляет мастера яркого и самобытного. Леонид Александрович Казенин (1897 -1965) был человеком скромным, не выдвинулся в первые ряды «заслуженных и народных» деятелей советского официального искусства Он просто много и постоянно работал. И даже не оставил воcпоминаний, как его знаменитый землякв. Юрий Васнецов.  Но Вятка, где он родился, подарила ему, как и знаменитому художнику-сказочнику, особый, «цветной» взгляд на мир. «Я так благодарен Вятке — своей родине, детству: красоту повидал! Народные праздники, старинные русские обычаи, базары, ярмарки…» — писал Васнецов. И то же самое мог бы, наверное, повторить Казенин.

kazenin 002                                                                                Старая яблоня.   1933 год.

Он еще в детстве решил стать художником. Пятнадцати лет от роду, после окончания Вятского Александровского реального училища в 1912 году, Леонид отправляется в Москву и поступает в Училище живописи, ваяния и зодчества. Ему повезло с педагогами — Абрамом Архиповым, Алексеем Степановым, Константином КоровинымАполлинарием Васнецовым. Каждый мастер представлял искусство с неожиданной стороны. Учиться было невероятно интересно. Все складывалось удачно. Но «праздник жизни» оборвала Первая мировая — в 1914-м студента-художника призвали в армию, на фронте он служил пулеметчиком и получил тяжелое ранение. В январе 1917 года, после освобождения от службы, Казенин пробовал продолжить учебу в Москве, но был вынужден вернуться в Вятку. Долго лечился. Зарабатывал на жизнь преподаванием. И постоянно рисовал. Но ранние работы не сохранились. На выставке представлена лишь чудом уцелевшая небольшая акварель 1920-х годов «Крыши города», где объемы домов четко выстроены плотными плоскостями красного, коричневого и зеленого. Цвета складываются в сложную гармонию. И несмотря на эскизность этого листа чувствуется оригинальность художника. Он сумел «погрузить» крыши города в насыщенную и в то же время легкую атмосферу. «Цветное» восприятие окружающего в сочетании с тонким ощущением свето-воздушной среды создают в пейзажах Казенина гармонию мира

Он не соблазнился формалистическими искусами времени даже в стенах знаменитого, «продвинутого» в новаторских исканиях Вхутемаса на отделение монументально-фресковой живописи которого он поступил в 1922 году, вернувшись в Москву в стремлении закончить полноценное художественное образование. И здесь, как и десять лет назад ему повезло с учителям. Абсолютно разные по творческим принципам, но одинаково мощно одаренные талантом Владимир Фаворский, Николай Чернышев, Павел Кузнецов, Лев Бруни, Николай Докучаев и Константин Истомин (самый любимый мастер, ставший еще и другом) окончательно сформировали в Казенине убеждение в необходимости упорного художнического постижения мира. Параллельно учебе молодой художник много работает на натуре — пишет маслом, акварелью, делает зарисовки цветными карандашами. И выставляет свои работы на выставках Объединения молодежи АХРРа общества «Четыре искусства».

После окончания Вхутемаса в 1930 году он начинает получать заказы. Казенин проиллюстрировал детский альманах для Детгиза затем перешел к монументальным росписям. В 1935 году художник участвовал в оформлении станции метро «Комсомольская», по эскизам Фаворского, затем в бригаде своих коллег-монументалистов расписывал многие общественные здания в Москве. Самостоятельно украшал казармы имени Ф.Э.Дзержинского, дома №5 по Большой Калужской улице, среднюю и левую будки управления шлюза на Яузе в черте Москвы. Ничего не сохранилось, кроме лиричных живописи и графики «для себя». Казенин удивительным образом сочетал монументальность формы в масштабных росписях и камерность композиций в своих пейзажах и натюрмортах. Характерна для его внутреннего художнического «я» скромная акварель 1930-х годов «Парад на Красной площади». Казалось бы, сама тема диктовала мощь и силу живописного мазка Но нет, художник строит композицию лишь красочными размытыми объемами — красно-терракотовая доминанта Исторического музея, желто-зеленый куб ГУМа.. К концу 1930-х годов окончательно складывается его собственная стилистическая манера. Художник пишет свои пейзажи и натюрморты в сложносоставной, чуть эфемерной цветовой гамме, «окутывая» деревья, горы, дома, вазы с цветами плотной воздушной массой. Его пейзажи «дышат». Уйдя от авангардистских исканий, Казенин полной грудью вдохнул радужный воздух импрессионистов. Изысканной маэстрией наполнен пейзаж «В саду весной» (1957): изображение розовато-зеленоватых цветущих деревьев строится прозрачными касаниями кисти, а плотность земли «утяжелена» сочными мазками черного и фиолетового цветов. Сиренево-розоватая гамма — любимая тональность во многих картинах мастера В полной мере его особое, «полетное» художническое дыхание воплотилось в изысканном «Пейзаже с большим небом» (1930-е) с грядками, как у Писарро. И совсем не Уральские горы или подмосковные парки видит зритель на картинах Казенина. Скорее, ассоциации возникают с севером Франции. Казенин наполняет свои пейзажи не только беспредельным воздухом, нежным светом, но и дарит своим зрителям радость бытия, «полеты во сне и наяву».

Правда широкий зритель творчество Леонида Казенина не видел. Единственная персональная выставка состоялась у него в Москве летом 1958 года за семь лет до смерти. Так что кураторам из «Ковчега» мы должны быть благодарны за второе рождение мастера.

Надежда Назаревская.

Комментировать

Поиск
загрузка...
Свежие комментарии
Проверка сайта Яндекс.Метрика Счетчик PR-CY.Rank Счетчик PR-CY.Rank
SmartResponder.ru
Ваш e-mail: *
Ваше имя: *
карта