Гарибян Грант

МАЛЕНЬКИЙ СЫН АДМИРАЛА С УЛИЦЫ ГРИНА ЗНАЕТ НЕДОСТУПНЫЕ НАМ ТАЙНЫ
Гранту Гарибяну — двенадцать лет. По виду, как и положено, хрупкий мальчик, книгочей. Но если бы кто-нибудь взялся определять возраст души человеческой, в случае с Грантом он бы явно попал в тупик. Дело в том, что картины, которые мальчик с фантастической быстротой пишет на любом подручном материале, без стеснения занимают достойное место на выставках профессиональных художников. А те афоризмы на клочках бумаги, что мама Вероника во множестве великом подбирает вечерами в разных углах квартиры, не похожи на игры детского ума. ‘Необъяснимая зрелость чувствуется в живописи, в стихах и в афоризмах Гранта: откуда что взялось у человека, который только-только перешагнул рубеж четырех тысяч дней своих на земле?

…Грант не ходит в школу. Отец в свое время командовал кораблями и прочими плавсредствами, которые исправно охраняли Кольский полуостров, но попутно и отравляли окрестности всякой радиоактивной гадостью, от которой хуже всего приходится маленьким мальчикам…

Врачи удивляются — Грант часто рисует на своих картинах именно те лекарственные травы, которые и нужны ему для лечения, — как будто какой-то невидимый доктор диктует ему из-под самого поднебесья.

Родители сделали, кажется, все, чтобы с Грантом поговорили все мыслимые и немыслимые специалисты и по детскому творчеству, и по здоровью… Отец ушел в отставку — он понимает, что и маленькому Гранту, и героической маме нужна сегодня поддержка и опора. Папа сам сколачивает рамки для работ, (а их уже не одна сотня!), сам ведет переговоры по устройству выставок. Их было уже несколько: в московских школах и в престижных залах Внешнеполитической ассоциации, объединяющей бывших министров иностранных дел России, Америки, Японии… Президент ассоциации А.А. Бессмертных долго пожимал руку маленькому Гранту, который все-таки совершил по такому случаю выход в свет, тараща удивленные глазищи на приметы иной, ему незнакомой жизни: вернисаж, фуршет, иностранная речь… Все это не очень отразилось в его новых полотнах — он по-прежнему рисует море, небо, ангелов, а также свою собачку Лордика, которая бросается на каждого, кто входит в этот дом, обнюхивает -нет пи какой инфекции.
Вторую линию обороны держит мама Вероника — на ней — и хозяйство, и готовка своеобразной пищи для Гранта — бео соли, без сахара, без… без… А раз нельзя Гранту — то и вся семья, изображая на лицах несказанное удовольствие, ест более чем своеобразную пищу, приготовленную по рецептам древней веды.

Родители верят: однажды картины Гранта увидит-таки тот единственный Врач, который и грамотный диагноз поставит, и пропишет именно те лекарства и снадобья, которые помогут маленькому Гранту жить долго и счастливо. А счастливо — это значит, творя — как иначе?

Валерий ХИЛТУНЕН.

Из книги «Грант Гарибян. Живопись. Графика. Поэзия», которая выпущена издательским домом «Ясная поляна».

Капля как жизнь,
Упадет и за мгновенье умрет.
И эта невечность подавляет всех.
Навсегда все умрет,
Навсегда все уйдет.
И как это грустно,
Но это так.
Пустяк убьет весь мир.
Итак, пошел наш циферблат.
И ад кого-то заберет,
А может, Бог возьмет в полет.
Конца не чувствует никто
И зря.
А космос заберет меня, друзья.

Из записок Гранта:

«Чертеж изобретения. Каким должен быть зоопарк, чтобы звери были видны только с хорошей стороны».
«Как неприятно жить среди людей непокаянных».
«Самая грустная пора — бабье лето. Это как последняя капля мороженого».
«Два рисунка. Мозг человека, который тупой и мозг человека, который умный».

Комментировать

Поиск
загрузка...
Свежие комментарии
Проверка сайта Яндекс.Метрика Счетчик PR-CY.Rank Счетчик PR-CY.Rank
SmartResponder.ru
Ваш e-mail: *
Ваше имя: *
карта