Качеровский Борис

 

Качеровский Борис Вениаминович (1942) — советский российский скульптор.

 

 

 

 

 

 

У НАС появился музей одной скульптуры. Правда, располагается он не в отдельном здании, а в Пензенском областном музее народного творчества.

Первыми экспонатами стали работы Бориса Качеровского. В качестве эксперимента выставили его «Зачарованную Русь». Затейливая деревянная скульптура так понравилась пензякам, что на днях горожан решили порадовать новинкой — «Казанской рапсодией».

Композиция «Казанская рапсодия».

«Я сделал ее из корня черемухи и сирени, — рассказывает Качеровский. — Чтобы композицию можно было лучше рассмотреть, мы подвесили ее под потолком».

Не успел мастер открыть эту выставку, как уже почесывает руки, чтобы работать дальше. Не исключено, что скоро в этом зале будет выставлена уникальная икона — вырезанная из камня «Казанская Богоматерь», которая является покровительницей нашего города.

В скверике на улице Московской, между магазинами «Ольвия «, стоит аллегорическая скульптура, которая является воплощением одного из самых сокровенных состояний человеческой души — покаяния.

                                                                                                              Покаяние.

Между руками у статуи устроена часовенка, где каждый прохожий может зажечь свечу и попросить прощения у Всевышнего. За что? Да за все. Считается, что человек без покаяния вновь и вновь привлекает к себе темные силы, которые стремятся погубить его душу, разрушить его тело. Даже во время Великого Поста православная церковь отводит два дня в неделю для совершения этого таинства, потому что трудно человеку жить во грехе, а уберечься от него еще трудней.

Потому и стоит «Покаяние » на том самом месте, где когда-то, до 1937 года, возвышались купола церкви святых апостолов Петра и Павла.

Этой работе скульптора Бориса Качеровского крепко досталось. Однажды, по распоряжению городских властей, ее подняли краном и отвезли на городскую свалку, но добрые люди вернули ее на прежнее место. Тогда на руках у статуи образовались сколы, которые мастер и превратил в часовенку, отчего произведение искусства только выиграло. Позже юные вандалы пытались «стащить» бронзовый подсвечник, но не смогли, потому что он был накрепко запаян в камень предусмотрительным скульптором.

АРКАИМ — ПРАРОДИНА АРИЙЦЕВ

До сих пор ученые ломают головы над тем, каким образом могло так случиться, чтобы люди в разных местах планеты, примерно в одно и то же время, достигали одного уровня развития, хотя и не общались между собою? Например, ацтеки в Южной Америке строили пирамиды, похожие на египетские.

А откуда взялась культура, называемая индоевропейской, объединяющая все народы Старого Света, России и Индии?

Первые гипотезы на этот счет у ученых возникли совсем недавно, всего лишь 16 лет назад, когда на Южном Урале начались раскопки древних городищ.

Выяснилось, что в III — II тысячелетиях до нашей эры в «Стране городов» жили индоиранские племена, называвшие себя «арья». Отсюда и пошел известный термин «арийские народы». Арии были создателями религии огнепоклонников и оставили после себя выдающиеся памятники письменности «Ригведу» и «Авесту». По неизвестным причинам уральские индоиранцы сожгли свои города и ушли в Индию и Иран. После них остались фундаменты стен и жилищ, некоторые предметы культуры той эпохи. Эти поселения были современниками Вавилона в период его расцвета, Среднего царства Египта, критомикенской культуры Средиземноморья, индийской цивилизации Мохенджадаро.

Южный Урал — уникальная географическая зона, стоящая на по-граничье двух частей света, леса и степи. Здесь через тектонические разломы земной коры поднимается энергия земных недр. В таких местах эволюция биосферы идет своим особым путем.

Руководитель археологической экспедиции, а ныне директор природно-ландшафтного и историко-археологического музея-заповедника Геннадий Зданович и предложил Борису Качеровскому поработать над украшением этих мест.

Передо мной публикации в газете «Магнитогорский металл» и толстом журнале «Новый Акрополь», издаваемом одноименной международной организацией, основанной в Аргентине профессором Хорхе Анхель Ливрага Рицци, известным во всем мире ученым-гуманистом.
Два интервью стоят рядом: с директором заповедника и с нашим земляком. На вопрос журналистов «Нового Акрополя»: «Почему он работает в Аркаиме?» Борис Вениаминович ответил: «Я не городской скульптор, я человек воздуха и простора. Здесь у меня есть возможность создать «сад скульптур», по принципу японского «сада камней», с музыкой пространства, только камнями будут скульптуры. Лет за 30 я его создам».

Возрождени России.

Центральной скульптурой, созданной за последние годы и вошедшей в рекламные буклеты о заповеднике, стал образ «Возрожденной России». Женское лицо в обрамлении символического яйца, как начала всего сущего, вырубленное из мрамора, завораживает своим внутренним спокойствием и уверенностью, силой духа. На заднем плане скульптуры — суровый лик Христа, воспроизведенный компьютером с Туринской плащаницы.

Скульптуры Качеровского многозначны и многомерны: чтобы понять всю глубину замысла художника, рассматривать их нужно буквально со всех сторон.
«Служить бы рад, но пензе я не нужен»

Мы сидим в маленькой мастерской в здании Пензенского фонда Союза художников РФ. На полках и шкафах — гипсовые миниатюры, задумки будущих работ. У большинства из них глаза устремлены вверх, также как у скульптур, найденных при раскопках Аркаима, копии которых Качеровский бережно хранит, сверяя с ними свои работы. «Стою на плечах предков, потому и вижу дальше», — любит повторять художник.

— Странные они какие-то, — говорю я, с удивлением разглядывая лики предков,

— Похожи на истуканов с острова Пасхи?

— Точно. Только в миниатюре.

— Вот-вот, откуда такое сходство? Тур Хэйердал писал, что один крестьянин показал ему на острове место, где таких маленьких идолов сотни.

Материалы, найденные в Аркаиме, стали еще одним свидетельством того, что все человеческие культуры перемешаны, и ни о какой национальной гордости за самобытность той или другой из них не может быть и речи, — считает скульптор.- Судя по всему, знал об Аркаиме и Гитлер, так упорно стремившийся на Урал, чтобы уничтожить остатки арийской культуры, которые доказывают, что немцы к арийцам никакого отношения не имеют.

Я слушаю мастера, оставившего в свои шестьдесят все сомнения в правильности сделанного им выбора, и мне становится до чертиков досадно, что в городе, ставшем ему за сорок лет родным, он так и не нашел должного признания, хотя его работы могли бы стать украшением наших улиц и площадей. В Аркаиме Качеровский работает не за гонорар, а лишь за проживание в летний период в вагончике, еду и возможность работать с камнем. По его словам, за сезон он мог бы вдохнуть душу в пару десятитонных глыб мрамора, так быстро он работает своими мощными натруженными руками.

Прошлым летом работами скульптора заинтересовались меценат из Ростова, готовый обеспечивать Бориса Вениаминовича всем необходимым, и один из лидеров московской общественной организации «Академия проблем безопасности». Они увидели в нем человека, способного приумножить славу России. Там, в уральской степи, Качеровский задумал создать «Город мастеров». Это идея, как и проект «сада скульптур» показалась им очень перспективной. Именно в этом, необычном по своим природным характеристикам месте можно собрать творцов нового российского искусства, создать центр новой культуры страны.

— Уедете насовсем в этот город мастеров, если вам удастся его построить? — спрашиваю я.

— Нет. — отвечает. — У меня здесь хорошая мастерская по дереву, а там я работаю летом на открытом воздухе по камню. Закончил нынешней зиьмой композицию из 32 образов под названием «Зачарованная Русь», такого я еще не делал, — и Борис Вениаминович объясняет свое ноу-хау работы с деревом.

— Я воин… —говорит он о себе.

«…и рабочая лошадь»,— молча добавляю я.

Но каждый труд должен быть рано или поздно оценен. Думается, удача уже стучится в двери мастерской Качеровского. Когда материал был уже подготовлен к публикации, он с радостью сообщил, что ему пришло приглашение в Москву в «Академию проблем безопасности», взявшей над ним шефство.
Сойдут снега, просохнут дороги и снова засобирается в Аркаим камнерезных дел мастер Качеровский, а я буду при случае ставить свечки в часовенке «Покаяния» за себя и за него. А может, и мне судьба подарит когда-нибудь поездку в свой
«Аркаим», в свой «город мастеров»?».
Признание к скульптору Качеровскому пришло неожиданно в пятом классе, когда учительница»попросила своих учеников вылепить из пластилина кто что захочет. Бориска вылепил зайца, да такого, что учительница решила оставить его себе. Тогда он принял решение стать скульптором, Однако, окончив школу, талантливый парнишка не спешил подавать документы в художественное училище. Уже тогда он понимал: прежде чем стать художником, надо образовать свою душу, чтобы, так или иначе, выразить ее в скульптуре.
Юный Качеровский строил Саратовскую ГЭС, работал на заводе кузнецом, ходил в моря, учился на философском факультете. МГУ и в Мурманском музыкальном училище по классу вокала. И только поскитавшись по стране, приехал в Пензу, где его приняли сразу на второй курс «художки». Но на третьем Борис не поладил с преподавателем и был исключен из училища. Потом восстановился сразу на пятый курс й сделал дипломную работу.

В Пензенском фонде Союза художников молодому скульптору сразу начали давать выгодные заказы, и первые три года Качеровский жил, можно сказать, припеваючи. Но хотелось делать нечто большее, чём Шаблонные фигуры и бюсты… В 1974 году тридцатилетний скульптор впервые решил принять участие в зональной выставке. Выставком отобрал только пять работ из Пензы, в том числе три из них Качеровского. Бориса поздравляли с успехом’коллеги из других городов. Говорили, что в Пензе родился настоящий творец.

Но успех вызвал недобрую зависть у пензенских коллег по цеху. Ему было поставлено условие: или рядовая работа на заказ, или творчество. Борис выбрал второе.

Так начались мытарства Качеровского, лишившегося возможности зарабатывать трудом скульптора, но не предавшего своих идеалов украшателя земли. Периодически он жаловался на судьбу московским коллегам уважавшим и ценившим его творчество, а те, в свою очередь, «воспитывали» пензенских. Так и случилось, когда Борису поручили изготовить памятную доску о пребывании в Пензе Владимира Маяковского. Неординарную работу, красующуюся ныне на здании напротив: краеведческого музея, долго не принимали. Даже вызвали из Москвы экспертов, чтобы те официально «охаяли» ее, но получилось совсем наоборот. В заключении эксперты написали: «Лучший памятник в области».., Благодаря этому она м появилась на своем теперешнем месте, но заказы Качеровский вновь перестал получать.

В Союз художников его приняли только в 1989 году, в разгар горбачевской перестройки, когда многие художники вздохнули свободнее.

Семь лет назад Борис Вениаминович вместе с другом живописцем Александром Роганиным отправились на Урал — себя показать, лйдей посмотреть: Вместе они устраивали выставки своих работ в райцентрах Челябинской области. Однажды в Миасе, в знак благодарности, им предложили поехать на археологические раскопки древнего городища. Эта поездка стала для скульптора роковой — он влюбился в Аркаим.

Михаил ГУЩИН.

 

Комментировать

Поиск
загрузка...
Свежие комментарии
Проверка сайта Яндекс.Метрика Счетчик PR-CY.Rank Счетчик PR-CY.Rank
SmartResponder.ru
Ваш e-mail: *
Ваше имя: *
карта