Фаберже Карл

Фаберже Карл (1846-1920) — знаменитый русский ювелир.

faberche3

 

 

 

 

 

 

30 мая 1846 года в Петербурге родился знаменитый русский ювелир Карл Фаберже. В 1842 году его отец Густав открыл ювелирную мастерскую в Петербурге. В 24 года Фаберже-младший возглавил ее и превратил в одну из лучших в Европе. При Александре III ювелир стал своим человеком при дворе, а с 1885 года ежегодно подносил императорской фамилии знаменитые пасхальные яйца. Его услугами пользовались британский, шведский и норвежский монархи, а также король Сиама. К 1914 а году на Фаберже работало более 500 человек. К моменту прихода к власти большевиков в петербургском доме ювелира хранились ценности на сумму свыше 7,5 млрд. золотых рублей. Сам Фаберже с помощью английского посольства уехал в эмиграцию и скончался 24 сентября 1920 года в Швейцарии. Уезжая за границу, Карл Фаберже оставил молодой советской власти поистине царский подарок. Оставшееся имущество было частично разграблено, частично конфисковано советской властью, которая затем сбывала изделия Фаберже за рубежом.

faberche6

Одно из Пасхальных  Яиц Фаберже.

Коллекцию таких изделий (15 яиц) в 2004 году более чем за SI00 .млн. купил

faberche5

за границей и выставил в Эрмитаже российский предприниматель

Виктор Вексельберг.

 

 

 

 

 

 
Новейшие исследования гласят, что фирма знаменитого русского ювелира Карла Фаберже создала 50 изумительных по красоте императорских пасхальных яиц. На 12 из них значатся инициалы •HW». Что же они означают?

Немногие знают, что две трети золотых дел мастеров, работавших на Фаберже, были выходцами из Суоми. Самый заметный из них — Хенрик Вигстрём. Это ему принадлежат инициалы HW. Он лично сотворил 12 ювелирных яиц и принимал участие в создании большинства других яиц. Об этом говорилось на выставке в финском городе Лахти.

— В Финляндии впервые устраивается столь представительная экспозиция работ Фаберже, — сказала мне сотрудница музея Лахти Пирья Саломаа. — Здесь собраны 200 предметов ювелирного искусства. Они поступили из частных коллекций Суоми, США и Великобритании. Публика проявляет огромный интерес.

Для многих в Суоми тоже прозвучал как открытие тот факт, что под многими изделиями фирмы Фаберже значатся инициалы финских мастеров. В центре экспозиции помешено одно из императорских пасхальных яиц с инициалами HW, которое было заимствовано из коллекции американского журнала «Форбс».

— Когда я получила это сокровище в Нью-Йорке, меня до аэроторта сопровождали четыре охранника на двух машинах, ведь стоимость этого ювелирного изделия огромна, — сообщила глава финской ювелирной фирмы и правнучка русского ювелира из Петербурга Улла Тилландер-Гоценхиелм, принимавшая участие в организации выставки.

Она рассказала, что одно подобное яйцо было продано некоторое время назад за 5,4 миллиона долларов. А то, которое привезли в Лахти, было изготовлено в 1911 оду по заказу Николая Второго для жены Александры Федоровны. На золотых боках яйца разместились 18 осыпанных мелкими бриллиантами цветных миниатюр с изображениями царя и его супруги, их детей, важнейших событий в жизни тогдашней России.

Кто же такой Хенрик Вигстрём? Он родился в 1862 году в Экенэсе, шведско-язычном городке, расположенном на юго-заладном побережье Суоми. Его отец сначала был рыбаком, потом сторожем местной церкви. В десять лет мальчик пошел в ученики к местному ювелиру. Через шесть лет Хенрик подался на заработки в Петербург, манивший тогда многих финнов. Там он сумел попасть подмастерьем в мастерскую фирмы Фаберже. Он был способным учеником, так как через определенное время стал правой рукой ведущего золотых дел мастера Михаила Пенчина. А когда в 1903 году тот умер, ответственность за все важнейшие заказы, которые получала фирма Фаберже, легла на Хенрика. В этом качестве Вигстрём трудился 14 лет. Фирма Фаберже
произвела с его участием тысячи замечательных ювелирных изделий из золота, серебра и драгоценных камней: золотые часы и лорнеты с украшениями, серебряные вазы, бокалы и табакерки, фигурки зверей, рамки для фотографий с бриллиантовой осыпью и многое другое.

Деятельность Хенрика Вигстрёма, как и всей фирмы Фаберже, была прервана событиями октября 1917 года. Он уехал в Териоки на Карельском перешейке, где находилась его дача, и хотел переждать там несколько недель, пока все уляжется. Но ему не довелось этого дождаться и вернуться в Петербург. Недели растянулись на годы, связь с Россией прервалась. Териоки отошли к Финляндии, ставшей независимой. В 1923 году Вигстрём умер.

— Почти все произведения, которые он создавал на фирме Фаберже, остались на русской стороне, — поведала здравствующая поныне внучка ювелира Анни Сарви. — И очень немногое из личных ценностей ему удалось вывезти.

Еще одна выдающаяся личность — Алма Филь, дочь потомственного финского мастера фирмы Фаберже. Это ей довелось начать изумительную серию дамских брошей в виде снежинок из мелких бриллиантов.

Случилось так, что нефтяной магнат, один из братьев Нобелей — Эмануэль заказал Фаберже 40 небольших ювелирных изделий для того, чтобы дарить их на вечеринках дамам. А девушка Алма, сидевшая зимой у окна в архиве, увидела на стекле снежинку и сделала эскиз броши, которая с воодушевлением была одобрена. На основе эскиза стали мастерить для Нобеля не только броши, но еще и браслеты, серьги, ожерелья, брелоки и другие изделия.

А в 1913 году, когда шла подготовка к 300-летию династии Романовых, Алма Филь создала редкое по красоте «зимнее яйцо». Оно было сделано из драгоценных камней, украшено бриллиантами и имело сюрприз: небольшую корзиночку из платины с ландышами, выполненными в золоте, халцедоне и гранате.

Судьба этой мастерицы тоже не из лучших. Она жила в Петрограде до 1921 года. Потом ей удалось уехать в Финляндию. На родине Алма Филь скромно устроилась работать в школе — преподавала рисование. Долгое время она предпочитала никому не говорить, что трудилась в России, так как отношения между двумя соседними странами были очень напряженными.

Алма Филь скончалась в 1976-м. Теперь ее имя и ее изделия становятся все более популярными среди любителей ювелирного искусства. За ними гоняются, предлагая большие деньги.

Конечно, не только финны создавали славу Карлу Фаберже. Но о финнах мы знаем гораздо меньше…

Марат ЗУБКО

 

 

Знаменитый ювелирный бренд — и гордость, и головная боль Музеев Московского Кремля. Показать изделия фирмы Фаберже так, чтобы не повториться, не поставить во главу утла самые популярные ею произведения — пасхальные сувениры для Дома Романовых, — задача не из простых. Славное имя, возможно чересчур громкое на фоне прочих, не менее достойных, и неистщимая фантазия вкупе с неповторимым изяществом произведений делают хитом любую выставку с участием фирмы Фаберже, и Музеи Кремля показывают ее изделия с завидной регулярностью. Однако самоповторов музейщики не хотят, тему надо варьировать, и в этот раз избран необычный ракурс:»Карл Фаберже и мастера камнерезного дела. Самоцветные сокровища России». В Кремле сумели изготовить новое блюдо с прежними ингредиентами. На помощь пришли музеи Петербурга и окрестностей, а равно их собратья из-за Уральского хребта, в изобилии хранящие работы русских специалистов по обработке цветных камней. Немало их трудилось и на фирму Карла Фаберже. Произведения его современников — выдающихся уральских камнерезов Авенира Сумина и Алексея Денисова-Уральского — стали открытием для зрителя. Большинство их прислано из самоцветной столицы России — Музея истории камнерезного и ювелирного искусства в Екатеринбурге. В cтолице еще никогда так широко не демонстрировали произведения из коллекции уральских и сибирских музеев. Сотни экспонатов привезены из Иркутска, Омска, Перми, а главное — Екатеринбурга. Пожалуй, прежде лишь Хозяйка Медной горы знала, какие несметные сокровища уральских гор таятся в тамошних запасниках!

faberche1Пасхальное яйцо с моделью Александровского дворца фирмы Фаберже.   1908 год.

Свои лучшие экспонаты в Кремль доставят, как часто бывает; Эрмитаж и Павловский дворец-музей, где хранятся драгоценные вазы, камеи, трости и зонтики еще екатерининских времен, а также Омский областной художественный музей имени М.А.Врубеля, Пермская картинная галерея. Иркутский музей изобразительных искусств имени В.Л.Сукачева. Собрания Пермского госуниверситета и Горного музея Санкт-Петербурга подтверждают; что искусство ювелиров-камнерезов в России шло рука об руку с наукой. Выставка «Карл Фаберже и мастера камнерезного дела. Самоцветные сокровища России» позволила не только увидеть уникальные изделия из полудрагоценных камней, созданные на Императорских гранильных фабриках — Екатеринбургской, Петергофской и Кольванской, но и сопоставить методы работы с драгоценными материалами россиян и французов. Дополнительную интригу выставке придал поединок двух старых ювелирных грандов с мировыми именами — Фаберже и Картье, которые встретились в Московском Кремле в окружении множества мастеров-камнерезов Урала. Французская фирма «Картье» — практически ровесница Дома Фаберже и его соперница при дворах Европы. Сравним: в 1842 году Фаберже-старший основал в Санкт-Петербурге ювелирную фирму, делами которой в 1870 году стал управлять Карл Гycтaвoвич, успевший пройти обучение в Германии. Примерно тогда же, в 1847-м, Луи-Франсуа Картье стал владельцем ювелирной мастерской и часового магазина в Париже, а в 1874 году руководство фирмой перешло к Альфреду Картье, чьи сыновья, чрезвычайно удачливые менаджеры, предопределили мировую известность ювелирного дома. Украшения и аксессуары от Картье покупали как в Европе, так и в не отстававшей от моды дореволюционной России. В этом можно было убедиться на выставке «Картье: Инновации XX века» с успехом прошедшей в Кремле в 2007 году.

А теперь в зале Успенской звонницы собрано немало драгоценных безделушек, разнообразных украшений и даже архивных материалов, хранящихся в Музеях Кремля, а также в Архиве Картье в Париже (по сути, это небольшой, но богатый музей). И «несравненный гений нашего времени» Фаберже, как назвала его в письме своей сестре, британской королеве Александре, императрица Мария Федоровна, и фирма Картье в изобилии изготовляли настольные часы, драгоценные «цветы в стаканчике», корзинки с фруктами, миниатюрные фигурки ремесленников, животных и птиц, роскошные рамки для портретов и флаконы для духов. Все, разумеется, из драгметаллов и камней, варьируемых от бесценных бриллиантов и сапфиров до «поделочных» яшмы, кварцита или агата.

Интересно проследить на примере двух фирм, как воплощались тенденции ювелирного дизайна: так, в витрине стоит букетик ландышей от Фаберже, исполненный в его фирменном стиле. Даже в вазочке с водой («вода» из горного хрусталя — дело искусных рук), а чуть поодаль — аналогичный букет от Картье. Правда, он запаян в стеклянный футляр и чуть менее изящен, хотя и французы пытались сделать цветы как живые. Друг с другом соревнуются два голубых попугая, две серых совы, два розовых поросенка, а также целая стая комнатных собачек, трогательных зайчиков, поблескивающих бриллиантами скарабеев. Все эти представители фауны составили на выставке два «зоопарка» — от Фаберже и от Картье. Как знать, не в этом ли состязании выкристаллизовался знаменитый «звериный стиль* фирмы Картье, на одном из недавних аукционов «Сотбис» представленный знаменттейшим браслетом в виде пантеры, принадлежавшим герцогине Виндзорской.

Сейчас у историков нет сомнений, что многое изделия Картье создавались под влиянием камнерезных работ русских мастеров. Колоссальное воздействие на французских юеелкрое оказали Алексей Денисов-Уральский и уральский кустарь Прокопий Овчинников: их работы владельцы фирмы Картье закупали в товарных количествах, а в дальнейшем перепродавали в своих бутиках.

Помимо двух громких имен брендов-соперников, в Кремле можно освежить в памяти не столь теперь известные, но очень достойные названия фирм «Болин’ и «Арнд». Творения их мастеров часто украшали царственные головы, а также шеи, запястья и пальцы русских аристократок; теперь же они буквально по крупицам собраны из частных коллекции. При взгляде на веточку сосны, каменный нарцисс и другие цветы от Фаберже вспоминаются роскошные орхидеи, недавно показанные здесь же на выставке Рене Лалика — еще одной «звезды» ювелирной Франции. Никак не скажешь, что россиянин Фаберже уступал европейским конкурентам!

Глобальную известность фирме принесла Всемирная выставка 1900 года в Париже, где было показано яйцо-сюрприз «Транссибирский экспресс». Мастер Михаил Перхин изготовил его к открытию Транссибирской железнодорожной магисфали. Карл Фаберже получил топа Гран-при и французский орден Почетного легиона, а Парижская гильдия золотых дел мастеров удостоила его звания мэтра. С тех пор фирма поставляла ювелирные изделия всем королевским домам Европы, в первую очередь — Англии, Швеции, Норвегии, Германии, Дании, Франции. Из ее мастерских выходили шедевры ювелирного и камнерезного дела для дипломатических подарков и подношений русского двора: декоративная ваза для Бисмарка, братина для правителя Абиссинии негуса Менелика, нефритовый венок на гробмщу шведского короля Оскара II, нефритовая же фигура Будды и лампада для придворного храма в Сиаме…

Однако прежде всего и в России, и далеко за ее рубежами имя Карла Фаберже ассоциируется с изделиями в жанре «пасхальные яйца». Именно они помещены в центре Успенской Звонницы: эти шесть великолепных предметов, соединяя изящество с хитроумным замыслом, привлекают к оебе львиную долю внимания среди 400 экспонатов выставки. По подсчетам историков, только для русской императорской семьи фирмой создано от 50 до 70 яиц. Десять из этих ювелирных кунштюков с сюрпризом ныне хранятся в Оружейной палате. Ценное к ним дополнение — незавершенное, вероятно, последнее из пасхальных яиц для Дома Романовых яйцо-сувенир из Минералогического музея имени А.Е.Ферсмана, долго считавшееся утраченным. «Созвездие цесаревича» создавалось в 1917 году в подарок великому князю Алексею. Из горного хрусталя и сапфирового-синего стекла воссоздан небесный свод небольшие бриллианты обозначают созвездие Зодиака под которым рожден наследник престола. Мастера Фаберже не успели вмонтировать часовой механизм, не хватает циферблата (он должен был опоясывать небесную сферу) и большинства звезд-бриллиантов. Кремлевские реставраторы изрядно потрудились, чтобы можно было выставить «Созвездие цесаревича», а заодно часть несметных сокровищ не только всем известной «Оружейки» но и «нераскрученного», хотя весьма старого Минералогического музея (начало ему положила коллекция минералов, купленная в Данциге по приказу Петра 1 в 1716 году). В 1836 году музей был выделен из Кунсткамеры, поначалу имевшей Минеральный кабинет, а спустя столетие его коллекции перевезли в Москву — так выставка сделала реверанс в сторону Петербурга, где находилась и фирма Фаберже.
Попет фантазии мастеров фирмы Фаберже, солидного предприятия с уймой сотрудников разной специализации, не ограничивался пасхальными подарками для Дома Романовых. Великолепные безделицы поражают воображение посетителя, знающего мелкие «полезные» аксессуары вроде портсигаров, письменных приборов, ваз или брошей, но зачастую не представляющего, что такое «горка самондаетов» Подобная коллекция уральских минералов, не разложенная в ячейки, а собранная в затейливое архитектурное сооружение — миниатюрную арку, украшала царский дворец в Гатчине, а в 1926-м попала «к Ферсману». Будто звенящие «букеты» и «водопады» из камней разных пород сияют подобно радуге! Это уже творения выходцев с Урала — именно они, как правило, трудились в мастерской скульптуры по камню, созданной Карлом Фаберже в Петербурге. А возглавлял ее Петр Кремлев, не оставивший своего ремесла и в советское время. Более того, «красные» его работы, в том числе аппетитный «батон» копченой колбасы, тоже посылались на Всемирную выставку в Париж. Не перестали после Октября 1917-го вырезать миниатюрные фигурки животных, а вот украшения поначалу стали лаконичными, в духе конструктивизма. Пепельница «Серп и молот» из резного ангидрита — уже вполне в советском стиле — вряд ли шедевр. Зато традицию «горки самоцветов» достойно продолжил ее аналог с пышным названием «Минералогическая горка» в день X годовщины Великой Октябрьской революции Сделал ее в артели «Цветные камни» единственный в ее составе мастер-горочник Дмитрий Кубин — одну из его работ даже показывали в Париже на Всемирной выставке 1937 года. Как видим, большевики переняли у царей желание поражать целый свет как богатствами Урала, так и мастерством его камнерезов.

Замечательно сгруппированы на выставке изделия из цветных камней: витрины с малахитом, лазуритом, родонитом, кварцем, нефритом, вариации украшений с аметистами, халцедоном, аквамарином. .. Пожалуй, больше, чем подарки императорам или даже «каменный зоопарк» удивляют изящные и лаконичные вещицы от лучших мастеров. Скажем, Михаил Перхин, один из лучших ювелиров Фаберже, создал на рубеже веков сосуд для клея в виде зеленого яблока. Фрукт, который находился на императорской яхте «Полярная звезда» выточен из бовенита, эмалевый черенок с поблескивающей на срезе каплей-алмазом — кисточка для клея. После революции яблочко долго каталось по зарубежным частным коллекциям, пока не осело в одной из российских.

Подлинным открытием стала легендарная серия аллегорических скульптурных изображений государств — участников Первой мировой войны. Хранятся «Воюющие державы» в Перми, экспонируются за ее пределами очень редко. В годы войны шаржи на ее участниц, а также аллегории держав-союзниц сделаны в Петрограде фирмой Денисова-Уральского, а после 1917 года в составе огромной коллекции его произведений и минералов были отправлены в родной город художника Екатеринбург для создания там худмузея. Дар уцелел лишь частично, оказался распылен по разным городам. В 1929-м многие предметы попали в Пермский университет; где легли в основу Минералогического музея. Чуть позже 17 скульптур передали в художественную галерею, три из них были вскоре похищены. Но даже в усеченном виде серия «держав» производит неизгладимое впечатление. На одном полюсе — русский солдат, а также Марианна — символ Франции, и британский пев. Дружественной Сербии достался симпатичный ежик из обсидиана. Черногории — орел из дьмчатого кварца взлетевший на самородок, в котором просвечивает изумруд. Япония, тогда союзник, получила фигуру сокола взлетевшего на скалу из малахита На другом полюсе-противники: Турция (Османская империя) в виде индюка, в другом варианте — серой жабы со снарядом во рту, которая сидит на постаменте из лазурита, символизирующем море. Разваливающаяся на куски Австро-Венгрия — в образе обезьяны на краю разбитого корыта. Прозрачно-белая вошь — Болгария — ползет по красному сердцу славян… Конечно, больше всех досталось Германии: кайзер, зачинщик войны, восседает на троне верхом на свинье, подкручивая ус. На ступенях, ведущих к трону, где белая подушка испещрена черными крестами, — кровавые отпечатки сапог, а в основании трона — черепа да скелеты. Вероятно, не лучшее применение для нежных самоцветов…

Правда, в целом, если не считать историко-аллегорических эксцессов, выставка производит умиротворяющее впечатление. Прелестные вещицы, иногда невероятно изысканные, порой умиляющие милой домашностью, лишь изредка кажутся чрезмерно сладкими, выказывая чуть мещанский вкус французов. Подобный был присущ и последним Романовым, а на них ориентировалась целая страна. Не отсюда ли пошли шествовать по советским комодам бесчисленные слоники? Производить этих животных не ленились уральские мастера даже советских лет!

Любая из выставок бренда Фаберже (наверняка и Картье) должна увлечь не только исследователей декоративно-прикладного искусства, но и социологов, психологов, историков нравов… Не будем судить строго великого ювелира — он работал в той стране, в какой жил, и исправно исполнял заказы. Трудно сказать, какая грань его творчества — эстетская или конъюнктурная — милее сердцу нынешнего зрителя. Вряд ли массовый вкус сильно эволюционировал за столетие! Как бы то ни было, благодаря Фаберже музеи Кремля в этом сезоне не знают отбоя от посетителей, побивая собственные рекорды.

Елена ШИРОЯН

 

Одуванчик, который не сдули ветры столетия

     faberche2

 

В звоннице на Соборной площади Московского Кремля 26 июля открылась выставка «Новые сокровища кремлевских музеев». За последние семь лет музей-заповедник приобрел около пяти тысяч экспонатов.

Недавно внучка известного русского ученого, проживающая на последнем этаже старого московского дома, обнаружила, что протекает крыша, вода залила атласный футляр на книжной ‘ : полке. Внучка окончательно решила передать фамильное достояние народу.

Одувднчик Фаберже хранители Крёмля считают «приобретением века».

Экспертизу помогали проводить даже ботаники: да, соцветия одуванчика, который цвел где-то в 1915 году, подлинные. На серебряных тычинках они закреплены алмазами.

 

 

Октябрьская революция разорила семью Фаберже. Большевики национализировали все: фабрики, дома, имения, многочисленные уникальные коллекции, в том числе и собственные изделия фирмы. Ее глава Карл Густавович с семьей и старшим сыном Евгением бежал из большевистской России почти сразу же после установления новой власти. А младший, Агафон, в силу своих необычных способностей оставался в советской России до декабря 1927 года, когда он был вынужден тайно, через Финский залив, бежать из страны. Агафон владел уникальной профессией — он был опытнейшим оценщиком бриллиантов. Редчайшую школу в постижении такого ремесла он проходил под руководством отца. Карл Густавович вначале просто разложил на скатерти ограненные камни и предложил Агафону подолгу их рассматривать. Длительное, постоянное «рассматривание» со временем перешло в редкостное умение «видеть» камень. «Если камень тоже смотрит на тебя, — говорил Карл Густавович, — значит это хороший бриллиант с совершенной огранкой».
В семейном деле Агафон занимался не только драгоценными камнями, но в его обязанности также входило и общение с именитыми заказчиками и прежде всего с императорской семьей в России и с коронованными особами за границей. Агафон Карлович руководил всеми работами по изготовлению царских регалий, ювелирных изделий и других роскошных украшений для членов царской семьи. Вот это безупречное знание царских драгоценностей и сыграло трагическую роль в его судьбе. После революции Агафона насильно удерживали в России. Его обязали составлять инвентаризационную опись императорских драгоценностей, а затем он долго занимался оценкой и описью конфискованных у бывших состоятельных россиян бриллиантов. К середине 1920-х годов Агафон Карлович окончательно понял необходимость отъезда из новой России. К этому времени он уже

дважды подвергался арестам. Да и старая жизнь безвозвратно канула в прошлое, устоявшиеся связи и привычный круг общения были разрушены. Так же, как варварски было разрушено и разграблено любимое имение Левашово около Сестрорецка, где хранились его многочисленные коллекции.

Агафон Фаберже был известнейшим коллекционером в дореволюционной России. Он собирал драгоценные камни, иконы, ковры, гобелены, картины, гравюры, фарфор, часы, табакерки. Редчайшим было его собрание фигурок будды — их насчитывалось около 300 экземпляров, но более масштабными — свыше 600 предметов — были коллекции нэцке и цуб (декоративная часть японского меча). Но коллекционерской страстью всей его жизни были почтовые марки. Впоследствии он говорил своему сыну Олегу: «Никогда не начинай собирать марки, сынок! Это как бездонное болото, которое со страшной силой засасывает тебя, — из него ты уже не выберешься никогда!» Агафон начал собирать марки в девятилетнем возрасте, и они сопровождали его всю жизнь. Это увлечение поощрялось отцом и всей семьей.

faberche8

По легенде, в столовой дома на Большой Морской, 24, куда семья въехала в 1900 году, висела занимательная картина «Русская красавица’,’ «написанная» почтовыми марками, пишь лицо, руки, контур штор и некоторые небольшие детали были прописаны художником. Мне довелось увидеть очень редкостное «живописное» произведение на стенде петербургского антиквара на одном из первых российских антикварных салонов в ЦДХ. И именно почтовые марки «кормили» семью Агафона Фаберже надежнее, нежели фамильное ремесло.
Оказавшись в декабре 1927 года с женой и малолетним сыном в Финляндии, А.К.Фаберже, предав часть менее ценных марок из своей коллекции, смог купить дом для новой жизни на новой Родине.

Агафон Фаберже был самым известным филателистом в своем отечестве, его специализацией были Россия и Финляндия. Возможно, филателистическое увлечение и подвигнуло его в дальнейшем выбрать именно эту страну для эмиграции. Впервые достаточно полно он представил свою уникальную коллекцию на Венской международной выставке почтовых марок в 1933 году. Его экспозиции «Россия» «Русская земская почта» «Царство Польское» и «Великое княжество Финляндское» содержали множество марок, о существовании которых до этой выставки ничего не было известно. Редчайшая эта келлекция, к сожалению, в силу различных обстоятельств впоследствии была рассеяна по всему миру. А.К. Фаберже был филателистом-исследователем, он изучал историю земской почты, собрал разнообразнейшие документы. И именно такое отношение к филателии он передал сыну Олегу, который тоже стал известным собирателем почтовых марок. Благодаря филателистической деятельности Олега Фаберже его отец одним из первых в мире филателистов был запечатлен на почтовой марке. Почтовый блок с изображением Агафона Фаберже в окружении нескольких редких марок был выпущен к международной выставке «Финляндия-88» а входной билет на нее был украшен репродукцией знаменитых, всегда узнаваемых пасхальных яиц.

Надежда НАЗАРЕВСКАЯ

 

Прием но случаю вручения Москве юбилейной медали к 160-летию ювелира Карла Фаберже состоялся в столичной мэрии.

Бренд Carl Faberge Award вернулся в Россию и качестве награды. Награда Карла Фаберже должна стать российским аналогом Нобелевской премии. Раз в год медаль будет вручаться лучшим писателям, художникам, политикам и предпринимателям. Первым лауреатом премии, получившим медаль за вклад в культуру и сохранение славных традиций с профилем Карла Фаберже, стал мэр Москвы Юрий Лужков, который получил награду из рук правнучки ювелира — Татьяны Фаберже.

faberche7Татьяна Фаберже и Святослав Бэлза с трудом удержали тяжёлое шоколадное яйцо.

«Татьяна Федоровна, мне очень приятно снова вас видеть. — поблагодарил Юрий Лужков. — Мы с вами встречались лет 15 назад, тогда были сложные времена и еще были сомнения в том, что имя Фаберже вернется на родину. Я поднял вопрос о выдаче вам российского гражданства». Российское гражданство Татьяне Фаберже, судя по всему, крайне необходимо. «Я родилась в Женеве, где проживаю по сей день, — пояснила Фаберже. — Моя мама — русская дворянка, урожденная Шереметьева. А бабушка — урожденная Багратион, родилась в Тифлисе. Кстати, по грузинской линии мы очень дальние родственники с Зурабом Церетели. В Грузии все родственники». После этих слов стало окончательно понятно, почему именно Лужков хлопотал о выдаче ей российского гражданства.

«Вы так чисто говорите по-русски! — похвалил Фаберже Илья Глазунов. — Это говорит о том, что вы русская по духу», — решил он.

После концерта воспитанников Фонда Владимира Спивакова ведущий вечера Святослав Бэлза предложил всем продолжить обшение на фуршете, «если Юрий Михайлович пригласит». Гостеприимный мэр не возражал. На фуршете Лужкова с медалью Карла Фаберже поздравили ректор Финансовой академии Алла Грязнова, дирижер Владимир Спиваков, глава компании «Вимм-Билль-Данн» Давид Якобашвили, главный архитектор Москвы Александр Кузьмин, президент Евразийской академии телевидения и радио Олег Попцов, телеведущий Андрей Вульф. «А где Вексельберг? Обещал быть…» — заволновался мэр, увидев большое шоколадное яйцо Фаберже — подарок для Татьяны Федоровны. Вексельберга на приеме не оказалось. Не дождавшись окончания трапезы, Юрий Лужков удалился по-английски в компании своего зама Владимира Ресина. Медаль торжественно отнесли в музей подарков московского правительства.

Анна Горбашова

 

Изделия с клеймом фирмы Фаберже оцениваются сейчас на международных аукционах баснословными суммами. Виртуозность их исполнения восхищает не только специалистов, но и всех ценителей красоты. Ни одному ювелиру не удалось достичь такой популярности, какую приобрел Карл Фаберже. Что мы сегодня знаем о нем?

Предки Карла Фаберже были французами, покинувшими в 1685 году свою страну и поселившимися в Германии. Дед художника переселился в конце XVIII века в нынешний Пярну и принял русское подданство. Здесь в 1814 году у него родился сын Густав. В 1842 году Густав Фаберже, или, как его именовали адресные книги, Фаберг, переехал в Петербург и открыл на Большой Морской (ныне улица Герцена) магазин золотых и бриллиантовых вещей.

В 1846 году у Густава и его жены Шарлотты, дочери датского художника Юкгштедта, родился сын Карл. Мальчика отдали в немецкую школу — Ан-неншуле. С детства Карл проявил способности к рисованию, и друг отца Хискас Пендин стал обучать его ювелирному делу. Завершил образование Карл за границей: в Дрездене окончил торговую школу, в Париже — коммерческий колледж, во Франк-фурте-на-Майне усовершенствовал практические навыки в мастерской известного ювелира И. Фридмана, в музеях Дрездена, Лондона, Парижа и Флоренции основательно исследовал крупнейшие ювелирные коллекции Западной Европы. В 1870 году, в возрасте 24 лет, Карл вернулся в Петербург и в 1881 году, после смерти отца, возглавил его мастерскую. Вскоре под маркой Фаберже Карл объединил ряд столичных мастеров и возглавил образовавшуюся фирму.

Человек с безупречным художественным вкусом, неуемной творческой фантазией, тонкий знаток технических приемов, Карл Фаберже провозгласил: важна не коммерческая стоимость материала, а художественное совершенство каждого изделия. «Меня мало интересует дорогая вещь,— говорил он,— если ее цена только в том, что насажено много бриллиантов и жемчугов».

Одним из ценных талантов главы фирмы было умение находить яркие дарования и создавать им та-

Пасхальное яйцо с Гатчинским дворцом

кие условия, при которых! они могли бы полностью^ раскрыться. В художественной студии фирмы работали выпускники Центрального училища технического рисования и черчения, основанного в 1882 году банкиром и меценатом бароном Штиглицем. Как правило, Фаберже приглашал лучших! учеников и платил им от 61 до 10 тысяч рублей в год, чтобы «иметь всегда рисунки, которых у других нет». Разрабатывая свою продукцию, художники обращались к образцам прикладного искусства народов всех стран. Постепенно мастера Фаберже выработали свой почерк и особенный стиль, синтезировавший достижения русских и европейских мастеров.

Одним из первых сотрудников и помощников Фаберже был талантливый ювелир Эрик Коллин, известный своими композициями на античные темы. Главным ювелиром фирмы долгое время, начиная с 1857 года, оставался Август Хольмстрем, его дочь Хильма Алина считалась одним из лучших дизайнеров. В фирме работало множество талантливых людей: Михаил Перхин — мастер золотых дел, серебряник Юлий Раппопорт, резчики по камню Кремлов, Свешников, Дербишев. Замечательные композиции создавали Август Коллин, Виктор Аарно, Владимир Афанасьев, Генрих Вигстрем, Андерс Невалайнен, Андрей Горянов, Эдвард Шрамм и многие другие.

Наряду с производством традиционных женских украшений из золота, серебра и бриллиантов, мастера Фаберже, расширяя ассортимент, освоили изготовление часов, биноклей, шкатулок, вееров, барометров, подсвечников, настольных ламп, ручек для тростей и зонтов, пудрениц . Годами Фаберже сумел привить покупателю вкус к красоте полудрагоценного и поделочного камня. Нефрит, лазурит, аметист, гелиотроп, топаз, горный хрусталь, халцедон, разнообразные яшмы, кварц, авантюрин, всевозможные агаты наряду с алмазами, рубином и сапфиром служили материалом для миниатюрных фигурок людей и животных.

Пасхальное яйцо с архитектурными памятниками Московского Кремля.

В 1872 году Карл Фаберже женился на Августе Якоб, дочери управляющего одной из мебельных фабрик Германии. У них родилось четыре сына. Все они затем работали в фирме. Евгений возглавил коллектив художников* Агафон стал специалистом по камню, Александр и Николай — скульпторами и эмальерами.

С 1881 года фирма занимала участок на Большой Морской. В 1898 году Карл Фаберже приобрел на той же улице еще один участок № 24. Здесь в 1900 году архитектор К. К. Шмидт построил новое здание фирмы. Оно обошлось в полмиллиона рублей. Оно и сейчас стоит, это здание на улице Герцена, над входом в него красуется вывеска магазина «Яхонт». В первом этаже разместились торговые залы, специальным лифтом они соединялись с квартирой Фаберже. В кабинете главы фирмы, отделанном Мельцером, находилась обширная библиотека по искусству и собранная Фаберже коллекция японских подвесок — нэцке. Весь верхний этаж занимала художественная студия.

С работами Фаберже русская общественность впервые познакомилась на Всероссийской выставке в Москве в 1882 году. За них фирма получила первую награду — золотую медаль. Упрочилась ее известность. А когда во время коронации Александра III нижегородское купечество преподнесло императрице Марии Федоровне работу Фаберже — миниатюрную золотую корзиночку с букетом ландышей, выполненных из жемчуга и бриллиантов, фирма привлекла к себе внимание двора, и уже через год Фаберже по просьбе Александра III изготовил для подарка германскому канцлеру Бисмарку усыпанную бриллиантами золотую шкатулку с портретом императора. В 1885 году Михаил Перхин выполнил для царя пасхальное яйцо с сюрпризом: внутри золотого яйца, покрытого белой эмалью, находилась миниатюрная курочка с глазами из рубинов и бриллиантовой короной вместо гребня. Тогда же Фаберже получил звание поставщика двора его величества, а вскоре был назначен и оценщиком императорского Кабинета.

Одно за другим открылись отделения фирмы в Москве, Одессе, Киеве. Фаберже приступил к выпуску крупных изделий из серебра: братин, ковшей, настольных скульптур, призовых кубков, столовых и чайных сервизов. Фирма на глазах превращалась в крупное промышленное предприятие, её продукция выходила на мировой рынок. На международной выставке 1885 года в Нюрнберге впервые демонстрировались золотые изделия, выполненные Эриком Коллином на мотивы скифских украшений, а уже через два года после «Северных выставок» в Копенгагене и Стокгольме Фаберже получил звание придворного ювелира королей Швеции и Норвегии. Всемирная выставка в Париже, где экспонировались изготовленные из золота и бриллиантов миниатюрные копии царских регалий, принесла Фаберже новую славу, золотую медаль и орден Почетного легиона.

Пасхальное яйцо с императорской яхтой «Штандарт».

В 1907 году Фаберже открывает магазин фирмы в Лондоне, в 1908-м совершает поездку по странам Центральной Азии и Дальнего Востока. К этому времени изделия фирмы уже занимают почетное место в собраниях европейских коллекционеров. В Зимнем дворце кабинет Николая II заполнен изделиями Фаберже. Представители европейских держав, прибывающие в Петербург, частенько заканчивают свой визит в столицу России в этом кабинете, где Николай II собственноручно выбирает гостю какую-нибудь из дорогих безделушек Фаберже.

Заокеанские коллекционеры раньше других обратили внимание на работы фирмы: американский миллионер Пириопт-Морган младший первым приобретает миниатюрный золотой паланкин, отделанный золотом и перламутром, другой американский миллионер Генри Уолтере, покидая в 1900 году на своей роскошной яхте «Нарада» невские берега, увозит в собой уже целую коллекцию работ знаменитого ювелира.

В 1900 году императрица Мария Федоровна принимала в Аничковом дворце наследпицу американского железнодорожного короля Консуэлу Вандер-бильдт. Здесь богатая гостья обратила внимание на часы яйцевидной формы. Это был один из знаменитых пасхальных сувениров Фаберже. Страстное желание миллионерши заказать у Фаберже дубликат потерпело фиаско: фирма изготовляла пасхальные яйца только для членов императорского дома.

Идея же создания пасхальных сувениров, принесших Фаберже мировую известность, принадлежала главному мастеру фирмы Михаилу Перхину. Талантливый русский ювелир начал сотрудничать с Фаберже в 1885 году и вскоре стал его ближайшим компаньоном. Из 69 пасхальных яиц, изготовленных фирмой, 59 выполнены самим Перхипым и его мастерской. Среди них настоящие шедевры ювелирного искусства. Так, в 1903 году Перхин изготовил яйцо к 200-летию Петербурга. Снаружи яйцо украшено бриллиантами и миниатюрами с видами домика Петра I и Зимнего дворца, под крышкой —
золотая копия Медного всадника, помещенного на пьедестал из порфира — таким был подарок Николая II матери. Его, как память о России, Мария Федоровна увезла с собой, покидая в 1919 году на английском эсминце свою крымскую резиденцию.

В Оружейной палате Кремля хранится серебряное яйцо с золотой моделью сибирского экспресса — подарок Николая II Александре Федоровне и яйцо из гелиотропа с платиновой моделью крейсера «Память Азова» — подарок Александра II сыну Георгию. В 1895 году по просьбе Николая II Перхин изготовил пасхальное яйцо с золотой копией королевского дворца в Дании. В 1901 году царь преподнес своей супруге яйцо с моделью Гатчинского дворца. Эту миниатюрную копию со всеми архитектурными подробностями и памятником Павлу I перед фасадом Перхин выполнил из многоцветпого золота и вложил в золотой футляр, покрытый шестью слоями эмали. Подарок обошелся в тридцать тысяч.

Учеником и преемником Перхина был талантливый ювелир Генрих Вигстрем, автор пасхального сувенира с Александровским дворцом в Царском Селе, миниатюрной императорской яхты «Штандарт», вкладывающейся в яйцо из нефрита и изготовленной из золота, серебра и платины полуметровой модели волжского парохода, которую Николай подарил сыну Алексею (находится в частном собрании в США).

Пасхальное яйцо, посвященное 300-летию дома Романовых, украшено миниатюрными портретами представителей династии. Внутри яйца — глобус с морями из стали и материками из золота, на внутренних частях полушарий изображена Россия времен Михаила Романова и в год юбилея.
Известно, что Фаберже после не повторял своих произведений. Но однажды петербургский миллионер, богатейший золотопромышленник Александр — Кельх, владевший приисками в Сибири, попросил Фаберже сделать для него копии с некоторых царских пасхальных сувениров. Отказать промышленнику, снабжавшему фирму золотом, Фаберже не мог. И для пего повторили семь пасхальных яиц. Но Фаберже от своего правила не отступил: композиционно новые сувениры несколько отличались от оригиналов. Отличались они и тем, что на них стояли монограммы Кельха и его супруги Варвары Базановой — «ВК».

Техника нанесения эмалей на пасхальные сувениры была доведена у Фаберже до совершенства, чистота и диапазон красочной гаммы не имели аналогов в практике европейского ювелирного искусства.

Перечень изготовленных фирмой изделий огромен: к 1914 году в ней создано около ста тысяч предметов — от бытовых вещей и безделушек до драгоценных украшений и роскошных златоэмалевых сервизов. Фирма богатела, но…

С началом первой мировой войны пришлось закрыть лондонское отделение. Свой последний сувенир в 1916 году изготовил Генрих Вигстрем. Пасхальное яйцо было стальным и опиралось на четыре артиллерийских снаряда. Однако война заставила пойти дальше изготовления ее символов: часть мастерских освоила выпуск ручных гранат.

После Октября 1917 года в помещении на Большой Морской образовался «Комитет служащих фирмы Фаберже». Он просуществовал недолго. Карл Фаберже, поделив капитал между компаньонами, в 1920 году уехал в Женеву. Там через полгода он скончался.

Старший сын Евгений после смерти отца перебрался в Париж, где в 1924 году вместе с братом Александром открыл небольшую ювелирную мастерскую, которая вскоре закрылась. Третий сын Агафон остался в Петрограде. Участвовал в комиссии по оценке сокровищ Романовых.
Итак, великой фирмы не стало. Сохранилось наследство — бесценные творения мастеров. Многое из него к сожалению оказалось на западе. В 1920-м году известному Генри Уолтерсу повезло — в Париже у русского эмигранта Половцева он купил пасхальное яйцо с Гатчинским дворцом — происходило оно из собрания Кельха. Вскоре на антикварных рынках Европы появились и другие пасхальные сувениры из этой коллекции.

Незавидная судьба изделий Фаберже начала складываться чуть раньше. Связано это с гибелью многих частных собраний в послефевральский период 1917 года, когда уголовниками и анархистами были разграблены многие особняки и дворцы Москвы и Петрограда.

После Октябрьской революции почти все оставшиеся в стране богатства были национализированы. Императорские реликвии, собрание коронных драгоценностей, включавшее романовскую коллекцию Фаберже, перешли в Государственные хранилища и… стали добычей Наркомвнешторга и контор «Антиквариата». С легкой руки высокопоставленных чиновников у жены бывшего американского посла госпожи Пост, кроме купленной через «Антиквариат» лучшей в мире коллекции русского фарфора, оказались и редчайшие произведения Фаберже. В 1924 году в доме Вавельберга на Невском, 9, и в бывшем особняке Фаберже на Большой Морской открылись магазины Наркомторга. Здесь предавалось все: от трости Екатерины II до портсигара Александра III.

Ключевую роль в вывозе бесценных сокровищ за границу сыграл начинающий бизнесмен Арманд Хаммер и его брат Виктор. В своей книге «Мой век двадцатый. Пути и встречи» А. Хаммер вспоминает, что на заданный ему Полем Гети вопрос, как делаются миллионы, он ответил: «Это не так уж трудно. Надо просто дождаться революции в России. Как только она произойдет, следует ехать туда… и немедленно начать договариваться о заключении торговых сделок с представителями нового правительства» ‘.

Зимой 1921-1922 года после вывоза из России мехов, платины и черной икры Хаммер принялся за скупку картин, бриллиантов, царских драгоценностей и императорских сервизов. Особняк Хаммера в Москве, принадлежавший ранее Фаберже, буквально ломился от изделий личного обихода Романовых и работ самого Фаберже. Особенно ощутимой утратой для русского ювелирного искусства явилась продажа Хаммеру тринадцати пасхальных яиц фирмы Фаберже, которые он тут же с выгодой реализовал через свои нью-йоркские магазины.

В 1933 году Хаммер преподнес президенту Рузвельту дар: коллекцию императорских драгоценностей, и среди них модель реки Волги из золота, бриллиантов и платины, выполненную в 1913 году в мастерских Фаберже.

На западных рынках «бум Фаберже» не утихает и до сих пор. Только на аукционах «Кристи» в 1975—1977 годах продано 325 работ — больше, чем осталось во всех наших музеях.

Большими личными собраниями Фаберже обладают английская королева Елизавета и голландская — Беатриса, король Швеции Карл XVI и многие другие титулованные коллекционеры Европы.

Одну из лучших коллекций Фаберже собрала в своем английском имении Лутон-Ху правнучка Пушкина Анастасия (леди Зия) — дочь Софьи Николаевны Меренберг и великого князя Михаила Романова.

В Америке романовскую коллекцию Фаберже из бриллиантовой кладовой Зимнего дворца поделили между собой четыре представительницы прекрасного пола: скульптор Матильда Грей, леди Митчел, собравшая все доступные ей работы фирмы вплоть до хозяйственных мелочей, госпожа Пост, заполучившая юсуновскую коллекцию Фаберже, и Лилиан Пратт. Собрание последней после ее смерти поступило в музей изящных искусств в Ричмонде, где стало главной достопримечательностью.

О непрекращающемся интересе к искусству Фаберже свидетельствуют выставки его работ, регулярно устраивающиеся на Западе, начиная с тридцатых годов. Одной из последних была выставка, организованная в 1987 году объединением мюнхенских банков. При соблюдении строжайших мер безопасности на ней экспонировалось более шестисот лучших работ фирмы из частных собраний Европы и Америки.

И вот, наконец, в апреле минувшего года Елагинский дворец-музей совместно с финской ювелирной фирмой «Тилландер» устроил и у нас выставку Карла Фаберже.

С. Рожков

 

Комментировать

Поиск
загрузка...
Свежие комментарии
Проверка сайта Яндекс.Метрика Счетчик PR-CY.Rank Счетчик PR-CY.Rank
SmartResponder.ru
Ваш e-mail: *
Ваше имя: *
карта